Андрей Блинов: «Неправы и те, кто утверждает, что наше общество насквозь нищее»

13 мая 2011, 15:35

 

Кого принято относить к представителям среднего класса на Западе? Как выглядит социологический портрет его типичного представителя? 

 

Ни одно стабильное общество не может существовать без среднего класса. Средний класс — это базовая ячейка социума, на которую опирается власть, которая обеспечивает стабильность в обществе. Именно средний класс — носитель и защитник традиций, устоев, что складывались столетиями. 

 

Средний класс в развитых странах — это та часть общества, которая производит львиную долю ВВП и является главным потребителем товаров и услуг. Как правило, этот общественный слой составляют высокопрофессиональные наемные работники и предприниматели. Поведение представителей среднего класса наиболее рациональное и прогнозируемое, поэтому они важны и бизнесу, и государству. 

 

Там под понятие «средний класс» подпадают до двух третей населения. Это связано с тем, что в западных обществах высока согласованность статусных позиций: соответствие вкладов (образования, профессионализма) и вознаграждений (доход, престиж, власть). Например,  Европа, где более половины населения имеет собственное жилье, минимум один автомобиль на семью, а чаще всего — два или три,  стабильную заработную плату, свой бизнес, достаточно сильно зависит от устоев общества. У таких людей очень высокая потребность — можно сказать, культ — медицинских услуг и образования, как для себя, так и для детей и внуков. В этом их главное отличие от стран Латинской Америки, Африки и стран СНГ.

 

Средний класс — это середина среза общества, то есть, каков он, напрямую зависит от того, насколько развито такое общество.  Например, в какой-то небогатой стране в Африке есть большое количество людей, которые трудятся на фермах, ведут небольшую торговлю, заняты на рудниках — вот это и есть их средний класс. И пусть такой человек не сколотил капитала, у него начальное образование и минимальный доступ к медицинскому обслуживанию, тем не менее, это средний класс данной страны. 

 

 

Эпицентр дискуссий находится на стыке нескольких наук. Социологи, политологи, экономисты, историки, рассматривая эту проблему через призму собственных знаний, по определению не могут придти к общему выводу. Это понятно, поскольку разные науки расставляют разные приоритеты критериям определения среднего класса. Для социолога, например, важнейшими факторами станут самоопределение и социальный статус, для экономиста — диапазон доходов и экономическая активность, психологи поставят во главу угла способы адаптации. Тем не менее, понимание картины иерархии украинского общества исключительно полезно с любой точки зрения. Средний класс является экономической опорой любого государства, и недооценивать его роль уже невозможно. Но для этого необходимо, как минимум, понимать, каких именно граждан можно относить к среднему классу. 

 

Если говорить о сегодняшнем дне, то украинский средний класс — это довольно-таки сложный гибрид. Это менеджеры и специалисты предприятий, журналисты и пиарщики, многие мелкие и средние предприниматели, квалифицированные рабочие, частично — работники бюджетной сферы. С точки зрения потребления учителя и медики могут быть на разных уровнях социальной лестницы. Вот это очень усложняет классификацию украинского среднего класса. 

 

Не так давно деловой журнал «Эксперт Украина» совместно с коллегами из компании TNS Ukraine провел масштабное исследование по стратификации украинского общества. Цель этого исследования: попытаться вычленить средний класс в нашей стране. По классическим западным канонам, у нас к среднему классу можно отнести лишь 12–15% населения. Это если жестко подходить к критериям образования и собственности. Конечно, говоря о среднем классе, мы ведем речь (как и во всех урбанизированных странах) о городском населении. 

 

Наши расчеты показали, что к среднему классу можно отнести около 34% украинцев (точнее, жителей украинских городов в возрасте от 12 до 65 лет).  Мы включили сюда зажиточных, умеренно состоятельных и половину небедных граждан, у которых образование не ниже среднего специального и в наличии сравнительно высокая самоидентификация (эти люди характеризуют свое благосостояние как «ниже среднего, среднее и выше среднего»). Почти половина «середняков» проживают в городах-миллионниках, преимущественно в восточном и южном регионах. (Пенсионеры и учащиеся выделены в отдельные страты. Наша пенсионная система такова, что резко увеличивает долю бедных, а учащиеся, как правило, иждивенцы — их доход зависит от благосостояния родителей, но все изменяется, когда они идут работать). 

 

Исследование «разбило» украинское общество на страты (далее я буду использовать не термин «средний класс», а «средняя страта») прежде всего по показателям косвенного характера: опираться на самооценку людей неправильно. Ведь большинство людей считают, что они живут не хуже, но и не лучше других, а потому зачастую ставят себя в середину социальной лестницы. То же касается и доходов — украинцы склонны занижать свои доходы; мало кто из респондентов расскажет вам, что нам самом деле его заработок составляет $500 или $1000 — а вдруг вы расскажете налоговой инспекции!

 

Поэтому ключевым критерием определения социального положения оказался следующий: какой процент семейного бюджета тратится на продукты питания? Если семья тратит на продукты питания до 10% бюджета, она относится к категории богатых, а если более 75% — то к бедным. Мы обнаружили, что в нашей стране очень большое количество людей тратит на еду от 50 до 70% своего семейного бюджета. Конечно, это не европейский показатель, а потому рамки определения среднего класса в нашей стране по канонам ЕС применять нельзя. Но неправы и те, кто утверждает, что наше общество насквозь нищее — людей, которые тратят на пропитание более 90% своих доходов, не набралось и одного процента. Это очевидно, взгляните на автомобильные пробки в крупных городах — только богатые такие заторы вовек бы не создали! 

 

Анализ страт показал, что украинский представитель среднего класса расходует на еду от 11% до 50%. В среднюю страту входит очень много молодых людей. У нас вообще самой успешной выглядит молодежь 20–29 лет. Эти люди получили образование уже в независимой Украине, они, как правило, знают какой-то иностранный язык, знание компьютера вообще не обсуждается. Эта группа — сильные индивидуалисты, новаторы, они спокойно воспринимают трудные времена. Они готовы получать дополнительное образование и рассчитывают только на себя. 

 

Видите, как у нас перевернулась социальная пирамида: в западном обществе, чтобы стать зажиточным, войти в средний класс, человеку должно быть немало лет, нужен хотя бы десяток лет рабочего стажа, семья и дети. Т. е. раньше эту устойчивую жизнь не получить. А вот в нашем обществе сорокалетние, по данным социологии, не составляют ядра общества: полученное ими образование устарело, их навыки рассчитаны на иной уклад, да и когда они вступали во взрослую жизнь, было не до учебы: перестройка, акции протеста, челночные туры в Польшу, Турцию и Китай.

 

В 90-е они были вынуждены не работать по профессии, а выживать. Люди с возрастом становятся консервативнее, поэтому доля консерваторов в нашем обществе еще долго, лет, наверное, двадцать, не будет превалировать. Это говорит о том, что нынешние молодые люди будут требовать от власти закрепления того уровня жизни, к которому они уже привыкли. А это очень важно в свете, например, пенсионной реформы. 

 

 

Но на чем стоит наше общество, какова наша опора? Украинское общество базируется на олигархах? Нет, это совсем небольшой процент населения! На люмпенах? Отчасти это так, ведь многие просто рады тому, что им платят зарплату, они готовы повиноваться работодателю или власти, они не думают, куда двигается страна. Да, это деклассированные элементы. Но у них есть собственность — квартира, дача, машина, земельный участок. И это уже не люмпен-пролетариат, который, как и сто лет назад, спешит на заводскую смену. 

 

Классификация среднего класса должна быть основана на социологических исследованиях конкретной страны. Так что мы не можем принять за основу определения среднего класса доход в 1000 долларов в месяц и наличие квартиры. Кстати, недавно обратил внимание на исследование одной маркетинговой фирмы, где исследовались потребительские характеристики населения. Они тоже пытались вычленить средний класс — активных потребителей товаров и услуг, в том числе новинок. И они вышли на то, что у нас средний класс составляет более 40% населения. 

 

Процесс формирования среднего класса в Украине уже произошел. Средний слой в европейском понимании этого термина у нас уже есть, хотя качественно и количественно эти слои существенно отличаются от средних слоев европейских стран. 

 

То есть, можно с уверенностью утверждать, что у нас приблизительно треть населения относится к срединной страте. Нашему среднему классу присущи определенные стандарты потребления: эти люди покупают продукты массового производства популярных брендов. Его представители больше инвестируют в собственное развитие и членов своей семьи, они чаще читают журналы, посещают рестораны, кинотеатры, концерты и выставки, чем средний украинец. 

 

Люди этой страты имеют высшее образование, либо собираются его получить. Многие хотят получить второе высшее. У них активная жизненная позиция, они, как правило, не консервативны, у них сильно индивидуалистическое, новаторское начало. У этой группы людей значительно ниже уровень патернализма. Они рассчитывают на государство, но в большей степени — на свои силы. 

 

 

В среднюю страту входят только успешные представители бюджетных профессий, которые активно совмещают работу с частным бизнесом: дают частные уроки, консультации, подрабатывают или просто работают в престижных школах или больницах, где им неофициально приплачивают. Только тогда по доле расходов семьи на продукты питания они попадают в показатели средней страты. 

 

В украинском обществе связь между профессионально-образовательным статусом, доходами, престижем и социальной самооценкой не всегда прямо пропорциональна. На Западе учителя, медики, ученые гарантированно входят в средний класс (а наиболее успешные относятся к богатым). У нас большинство таких людей бедны и их привычки не свойственны среднему классу. 

 

И если инженерно-технический персонал еще имеет шансы в ближайшее десятилетие стать составной частью среднего класса, то многочисленные группы учителей, преподавателей колледжей и вузов, ученых и врачей, работников государственной культурной сферы без кардинальных реформ вряд ли могут рассчитывать на увеличение своих доходов. Ведь сейчас оплата труда профессоров в вузах ниже оплаты секретарш на фирмах, а учителей — ниже оплаты уборщиц в частных офисах. 

 

 

Косвенные оценки показывают, что в Украине между самыми богатыми и самыми бедными пропасть — разница в 100 раз. Есть люди, которые выживают на 500 гривен в месяц, и есть те, кому не хватает для «базовых нужд» и 50 тысяч. И вот здесь очень важным аспектом является наличие средней прослойки, буфера, что обеспечивает устойчивое развитие общества и государства. Большое расслоение и слабая прослойка среднего класса — это революционная ситуация, вызванная классовой ненавистью.

 

Лишнее свидетельство тому, что у нас средний класс существенен — припаркованные повсеместно недешевые машины, они стоят целехонькие, их никто не разбивает вдребезги, т. е. классового конфликта в настоящее время нет. 

 

Но вот вопрос: возможно ли сужение «средней страты» с течением времени? Да, возможно. И, скорее всего, это будет движение вниз, то есть население может обнищать. В Украине плохо развивается малый и средний бизнес, он задушен, а еще в последнее время не развиваются гражданские свободы, при этом в обществе царят масштабная коррупция, телефонное право, кулуарные договоренности вместо силы закона — примеров тьма-тьмущая. 

 

Есть ли рецепты противодействия расслоению общества? Безусловно. Регуляторная реформа, при которой будет развиваться бизнес, активнее развиваться институт собственности — это раз. Налоги на богатых людей: на недвижимость, на роскошь — два. Из первостепенных шагов стоит ввести дополнительный акциз на изделия из драгметаллов, их покупают небедные люди; пенсионерам и беднякам не до золота — им не хватает денег на еду. 

 

Ну и, конечно, пенсионная реформа — три. Население стареет, через несколько лет нечем будет платить пенсии, об этом уже не говорят — кричат эксперты. После победы Майдана страна оказалась в ужасной ситуации: доля социальных трансфертов в экономике превышала удельный вес зарплат. Люди жили в основном за счет субсидий, а не зарплат! 

 

И никакие урезания персональных пенсий не помогут, нужна радикальная реформа — иначе через несколько лет количество работающих (то есть отчисляющих взносы в Пенсионный фонд) и количество получающих пенсию сравняется.

 

Нет другого выхода, кроме повышения пенсионного возраста. Я разделяю позицию многих социологов и демографов: в 60 лет (а в перспективе, в 62 года) должны выходить на пенсию и мужчины, и женщины. Только это реально может изменить нагрузку на пенсионную систему.  Это позиция жесткая, но зато честная.