Марш одиноких

распечатать

Медийная тема последней недели календарно предсказуема: это юбилей украинской независимости. Государству Украина исполняется 20 лет, и большинство изданий запустило юбилейные «спецпроекты» с исторической амбицией. У исторического вектора есть несколько возможностей, самые естественные: как это было – 20 лет назад? И что с нами стало за эти 20 лет?

Характерно, что в отличие от российских медиа и российских блогеров, мемуарные сюжеты у нас практически не отыграны. Вопрос о том, как я провел … этим летним днем 20 лет назад, всерьез не стоит. И мы знаем почему. Рассказать нам решительно нечего. Хороший пример –  колонка редактора соответствующего «исторического спецпроекта» в украинском «Эксперте»: «В первый день сентября все наши разговоры с одноклассниками были только о путче. Особым вниманием пользовались ребята, находившиеся в те дни в Москве, видевшие танки и сидевшие на баррикадах. В Киеве было скучно…».

Виталий Портников в «Гранях» что-то вспоминает о московском поезде и о том, как загодя готовил статью про путч в тогдашнюю «Независимую». Но это не украинская история, и даже – не российская. Это история о том, как медийный аналитик вычитал в газетах то, что произойдет завтра-послезавтра. Такая идеальная история про медийного аналитика. Утопическая отчасти. И, что характерно, не наша.

А вот другая история про медийного аналитика. История-наоборот. Это, как раз, очень украинская история. Колумнист «Левого берега» Александр Матюшенко отвечает на вопрос, что на самом деле происходило 20 лет назад,  почему это не наша история, и почему нам нечего вспомнить.  – Потому что с нами по большому счету ничего не происходило. Нашу историю делали на московских улицах и в номенклатурных кабинетах ЦК КПУ. Александр Матюшенко эту недавнюю и, в общем, понятную и памятную всем историю зачем-то пытается «реконструировать». И он потрясен своим открытием. «Оказывается, наша Независимость не есть результат героической борьбы народа против путчистов. Даже наоборот получатся - сам ГКЧП есть следствие вполне реального заговора!». Тут забавен не смысл, а экспрессия и модальность. «Оказывается» - это некое откровение, а восклицательный знак – особого порядка удивление. Этот автор, в самом деле, сделал открытие. Он что-то там раскопал про эскизы гривни, рисованные еще за несколько месяцев до путча (т.е. после мартовских 1991-го года проектов обновления федерации, попросту говоря). Похоже, «колумнисты» нового поколения учили историю по новым учебникам «Истории Украины», и на этом пути их ожидает еще много «открытий чудных». «Быть может это Кравчуку, Фокину и их номенклатурным соратникам была нужна независимость?», - спрашивает потрясенный Матюшенко.

Справедливости ради: Александр Матюшенко, судя по «биографической справке» , «системный аналитик», который не вчера родился, но «учился, служил социалистической Родине в разных должностях, обличьях и странах». Тут одно из двух: или взрослый человек подставляет себя на место «исторического ребенка», потенциального читателя новостей, для которого все в новость, и которому любую, самую банальную информацию, следует «упаковать» как новость. Или это такое качество журналистики. Хотя, похоже, и то, и другое.

У Сергея Рахманина в «Зеркале» тоже «опыт исторического анализа», - но без автобиографических «предвкушений» и псевдоконспирологических «реконструкций». Фактически, это попытка объяснить, что на самом деле было, когда ничего не было. Там много риторики, но кажется, это одна из лучших колонок «Зеркала» за последние месяцы: «Лет пять назад один фотограф, в 1990/91 много работавший «на улице», поделился любопытным наблюдением. По его словам, на лицах митингующих киевлян в те времена было куда меньше шалого восторга, в сравнении с москвичами, тбилисцами, вильнюсцами или ереванцами. Наши были более осторожны в своем воодушевлении. Мой собеседник затейливо назвал это вдумчивой эмоциональностью, сравнив увиденный настрой с искренней, и в то же время сдержанной веселостью жениха на свадьбе или призывника на проводах. Возможно, то была радость освобождения от естественного страха перед неизбежным. Упрекать украинцев в том, что в августе 1991-го они не устраивали показательных боев за независимость, не возводили декоративных баррикад и не создавали потешных легионов, наверное, глупо. Так же, как упрекать братьев Кличко в излишней расчетливости после очередной убедительной победы». И дальше там провокативный отчасти пассаж с небесспорным развитием:

«Это у них был путч. А у нас, кто забыл, была уборочная страда. Именно о ней в обращении к населению говорил Кравчук в то время, когда Янаев призывал к наведению порядка, а Ельцин — к защите демократии. У нас не было героев. И не было жертв. Ни тогда, ни потом. Если у нас была возможность избежать крови, мы этой возможностью пользовались». И Рахманин задается вопросом: может так плохо все получается со строительством государства за эти 20 лет, что мы не знаем, чего это стоило? И кажется, что не стоило ничего. Даже крови – и той не стоило. Разумный историк ответит, что в украинском прошлом было столько бессмысленной крови, что впору было выработать иммунитет. И это нормально. И что в своем депрессивном новоисторическом ощущении мы отнюдь не одиноки. (Колонка называется «20 лет одиночества»). Большинство постсоветских  стран – независимо от реальной экономической и политической ситуации – отмечают свои первые юбилеи без эйфории. И это тоже нормально. По большому счету, распад больших колониальных империй – длительная и кровавая катастрофа, это не происходит счастливым образом в одночасье, это не сказка с хорошим концом про живую и мертвую воду.

О том, как это происходит на самом деле, пишет Михаил Дубинянский в «Украинской правде». Наша депрессия и наши «обманутые ожидания» - результат «низкого уровня информированности»: «вчерашние подданные Советской империи не могли сравнить собственный опыт с мировым». Деколонизация, как показывает этот автор, процесс не менее длительный и болезненный, чем собственно колонизация. Но есть еще один неожиданный поворот. Нынешние новоимперские амбиции Москвы и  «гипотетическое возрождение империи будет сопровождаться масштабными катаклизмами, не менее болезненными, чем события 1990-х».

До сих пор речь шла о законных юбилейных ретроспекциях. Что же до насущных тем сегодняшнего праздника, первая и главная – отмена парада. Посыл нынешней украинской власти: сэкономим на «видимости» в пользу «социальной защиты населения», - пытается анализировать Александр Михельсон  в еженедельнике «Украинский тиждень». Речь об известном механизме легальной прокрутки денег через «праздник». Не исключено, что те люди во власти, которые принимали решение, рассчитывали на экономические здравомыслие сограждан, которые непременно запишут в «плюс» такого рода разумную бережливость. Впрочем, Михельсон напоминает, что еще весной, когда парад планировался, деньги предполагалось прокрутить через бюджет Минобороны, и министр Ежель запросил немного-немало – 320 млн. гривень. Потом сошлись на 56 млн., но кончилось тем, что парад отменили, зато Ежель получил 152,3 млн. на строительство вертолетных площадок и реконструкцию президентских дач в Крыму. Иными словами, с механизмами экономии более-менее понятно, но автор «Тижня» усматривает во всей этой истории безусловный позитив: «решение Януковича наглядно показало, что ни о каком авторитаризме, а тем более диктаторском режиме в Украине не может быть и речи». Диктатуры, в самом деле, любят видимость и жить не могут без парадов. А наш президент – человек простой и конкретный. Если есть выбор между парадом и дачей, он выбирает дачу.

А самую резонансную колонку о юбилейном «параде» написала Лина Костенко для газеты «День», впрочем, кажется, нет такого места в украинском медийном пространстве, где бы колонку эту не «скопипастили». Природа успеха здесь та же, что и у последнего романа, да и стилистика та же, просто в этом случае она более уместна (хотя даже как для колонки – тяжеловато). Пересказывать смысла нет, скажу лишь, что Лина Васильевна по-прежнему усердно читает газеты и смотрит телевизор, так что все злободневные сюжеты в этом тексте присутствуют. Описанное там гомерическое шествие – парад «державотворцев», - кажется, органичнее выглядело бы в каком-нибудь анималистском ролике. На трибуне стоят четыре президента, в едином порыве «прикладая руки до сердець». Открывают парад колонны депутатов всех созывов, а последним проезжает серый автозак, оклеенный портретами Юлии Тимошенко, за ним клетка с бывшим министром внутренних дел и Верка Сердючка с «обновленным гимном»: «Ще не вмерла Україна, єслі ми гуляєм так!».